Чуть слышный призрачный звук прилетел издалека, звук упавшей канистры.

- Руг! - вскричал Борис, озираясь. Он помчался к изгороди и вытянулся, положив на нее лапы.

Звук раздался снова, уже громче, ближе. Металлический лязг, как будто что-то катили, как будто огромная дверь открывалась и закрывалась.

- Руг! - вопил Борис. Он вглядывался в темное окно высоко над головой. Ничего не двигалось, абсолютно ничего. По улице шли Руги. Руги и их грузовик громыхал на камнях, стуча и лязгая, двигались по улице.

- Руг! - выл Борис, прыгая на одном месте. Его глаза горели. Потом он успокоился. Уселся на землю и стал ждать, прислушиваясь.

Руги остановили свой грузовик прямо перед домом. Он слышал, как они открывают двери, идут по тропинке. Борис носился по кругу. Он, повизгивая, смотрел на дом.

Там, внутри, в теплой темной комнате, мистер Кардосси сел на кровати и взглянул на будильник.

- Чертова собака, - пробурчал он. - Чертова собака. Он отвернулся, уткнулся в подушку и закрыл глаза.

Руги подходили ближе. Первый толкнул калитку, и она открылась. Руги вошли во двор. Пес попятился от них.

- Руг! Руг! - кричал Борис. Ужасный горький запах Ругов бил его в нос, он отвернулся.

- Урна с подношениями, - сказал первый Руг. - Уже полна. Он улыбнулся строгому, злобному псу.

- Молодец, - сказал он.

Руги подошли к металлической урне, и один из них снял с нее крышку.

- Руг! Руг! - вопил Борис, съежившись у ступеней крыльца. Его тело тряслось от ужаса. Руги подняли урну и повернули ее на бок. Содержимое высыпалось на землю, и Руги черпали награбленное, разрывая бумагу, ловя апельсиновую кожуру и осколки, кусочки тостов и яичную скорлупу.

Один из Ругов поднял яичную скорлупу и положил ее в рот. Его зубы раздавили ее.

- Руг! - вопил Борис безнадежно, почти для самого себя. Руги почти закончили свою работу по сбору пожертвований. Они на секунду остановились и уставились на Бориса.